ГЛАВНАЯ
Нажмите, чтобы поделиться своей мыслью МЫСЛИ ВСЛУХ
ВАШ ПРОФИЛЬ
ЛИЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ
БАЗА ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ
ПОИСК
Здесь может быть Ваша реклама!

   Навигация по сайту
·Главная
·Материалы
·Новости

·Заметки
·Литературные заметки
·Особое мнение
·Комментарии
·Публичные дела
·Преподаватели

·Фотогалерея

·Форум

·Справочная
·Ссылки
·О сайте
·Обратная связь ·Дерево Сайта

Проект Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров о преимущественном праве приобретения акций закрытых акционерных обществ

СНК гражданского права



(извлечения; полная версия проекта: http://arbitr.ru/_upimg/E5FBE629F9CBF596B4140237E21FD027_proekt.pdf)

1. Федеральный закон «Об акционерных обществах» не предусматривает преимущественного права приобретения акций закрытого акционерного общества, отчуждаемых по иным, нежели купля-продажа, договорам.
Акционер закрытого акционерного общества (далее - ЗАО) обратился в суд с иском о переводе на себя прав и обязанностей по договору мены акций ЗАО, заключенному другим акционером ЗАО с третьим лицом.
Суд в иске отказал, указав на то, что преимущественного права приобретения акций ЗАО, отчуждаемых не по договору купли-продажи, а по договору мены, пункт 3 статьи 7 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об АО) не предусматривает.
Кроме того, суд указал на то, что договор мены отличает от договора купли-продажи особенность, состоящая в том, что по договору мены встречное предоставление состоит в передаче взамен акций не денег, а товара. Эта особенность не позволяет применить к отчуждению акций по договору мены способ защиты преимущественного права приобретения акций, предусмотренный абзацем 7 пункта 3 статьи 7 Закона об АО - перевод на истца прав и обязанностей покупателя. Поскольку у истца может не быть в наличии товара, передача которого в обмен на акции является предметом договора мены, и его приобретение у других лиц может быть затруднено или невозможно, при переводе на истца прав и обязанностей по договору мены переведенная на него обязанность по передаче товара в обмен на акции могла бы оказаться заведомо неисполнимой, что привело бы к нарушению прав одной из первоначальных сторон договора мены.
Истец обжаловал решение суда в апелляционной инстанции, просил его отменить в связи с неправильным применением судом норм Закона об
АО.
По мнению истца, отношения, связанные с преимущественным правом приобретения акций ЗАО, являются сходными с отношениями, связанными с преимущественным правом покупки доли в праве общей собственности (статья 250 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ), а потому в силу аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) к ним подлежит применению пункт 5 статьи 250 ГК РФ, согласно которому правила этой статьи о преимущественном праве покупки доли в праве общей собственности применяются также при отчуждении доли по договору мены.
Кроме того, истец указал на то, что довод суда о неприменимости к договору мены перевода прав и обязанностей является, по его мнению, необоснованным, поскольку в данном деле товаром являются акции другого акционерного общества, которые обращаются на рынке и потому доступны для приобретения истцом. Возможность неисполнения истцом обязанности передать товар не является препятствием для перевода на него прав и обязанностей по договору мены, поскольку при нарушении им этой обязанности кредитор будет вправе воспользоваться способами защиты, предусмотренными законом. Кроме того, довод о принципиальной неприменимости к договору мены перевода прав и обязанностей противоречит вышеуказанной норме пункта 5 статьи 250 ГК РФ.
Суд апелляционной инстанции в удовлетворении апелляционной жалобы отказал и оставил решение суда без изменения, указав на следующее.
Согласно пункту 1 статьи 6 ГК РФ, аналогия закона применяется в случаях, когда отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота. Применение по аналогии пункта 5 статьи 250 ГК РФ не является возможным, поскольку отсутствует пробел в правовом регулировании и законодатель осознанно не предусмотрел преимущественное право при отчуждении акций по договору мены, на что обращено внимание в подпункте 9 пункта 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2003 года № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» (далее -Постановление Пленума № 19).
Не может быть использовано и расширительное толкование пункта 3 статьи 7 Закона об АО, поскольку преимущественное право приобретения акций является исключением из общего правила о допустимости свободного отчуждения акционерами своих акций (пункт 1 статьи 129 ГК РФ и абзац 4 пункта 1 статьи 2 Закона об АО), а исключение не может толковаться расширительно.
В связи с изложенным также не имеет значения и довод истца о наличии у него возможности передать товар, являющийся предметом договора мены.
По аналогичным причинам в другом деле суд отказал в удовлетворении иска акционера ЗАО о переводе на него в порядке защиты преимущественного права приобретения акций ЗАО прав и обязанностей приобретателя акций по сделке по внесению акций ЗАО в уставный капитал другого юридического лица.

2. Если заключенные одними и теми же лицами договоры дарения и купли-продажи акций являются притворными и прикрывают единый договор купли-продажи акций, акционер ЗАО вправе требовать перевода на себя прав и обязанностей покупателя по единому договору купли-продажи, который ответчики действительно имели в виду.
Акционер ЗАО обратился с иском о переводе на себя прав и обязанностей покупателя по единому договору купли-продажи акций ЗАО, который в действительности имели в виду ответчики, заключившие притворные договоры дарения и купли-продажи акций ЗАО.
Ответчики возражали против иска, указывая на то, что ими были заключены два самостоятельных договора, при этом в отношении первого договора преимущественное право приобретения акций ЗАО не действовало, поскольку отчуждение акций было безвозмездным (подпункт 8 пункта 14 Постановления Пленума № 19), а в отношении второго - поскольку на момент его заключения покупатель был акционером ЗАО (подпункт 10 пункта 14 Постановления Пленума № 19).
Суд иск удовлетворил, указав следующее.
Между ответчиками был заключен договор дарения пяти акций ЗАО, который был исполнен - акции были перечислены со счета дарителя на счет одаряемого, который до этого акций ЗАО не имел.
Через две недели те же лица заключили договор купли-продажи трехсот акций ЗАО, который также был ими исполнен.
Данные договоры являются притворными, поскольку, как установлено судом, они были совершены с целью прикрыть единый договор купли-продажи акций ЗАО для лишения других акционеров ЗАО возможности воспользоваться своим преимущественным правом приобретения акций ЗАО.
О притворности оспариваемых договоров и направленности воли ответчиков на возмездное отчуждение всех акций свидетельствуют незначительный промежуток времени между заключением и исполнением договоров, незначительное количество подаренных акций по сравнению с количеством проданных акций, отсутствие между ответчиками родственных или иных отношений, которыми мог бы быть обусловлен безвозмездный характер первого договора.
Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.
В связи с этим истец имеет право требовать перевода на него прав и обязанностей покупателя по тому единому договору купли-продажи акций ЗАО, который ответчики действительно имели в виду.
В другом деле по аналогичным основаниям суд квалифицировал как притворные и потому ничтожные договор дарения семи акций, заключенный открытым акционерным обществом (даритель) и физическим лицом (одаряемый), не имевшим ранее акций ЗАО, заключенный вскоре договор дарения шести акций между тем же физическим лицом (даритель) и обществом с ограниченной ответственностью (одаряемый), также ранее не имевшим акций ЗАО, а также заключенный вскоре договор купли-продажи ста акций между тем же открытым акционерным обществом (продавец) и тем же обществом с ограниченной ответственностью (покупатель), при этом суд указал на необходимость привлечения в качестве ответчиков участников всех входящих в цепочку сделок.
Суд дополнительно указал, что на притворность всех договоров также указывает то, что физическое лицо, получив в дар акции, через небольшой промежуток времени почти все их подарило третьему лицу, то есть фактически оспариваемые договоры дарения были также направлены на прикрытие дарения между открытым акционерным обществом и обществом с ограниченной ответственностью, то есть двумя коммерческими организациями, которое пунктом 4 статьи 575 ГК РФ запрещено.
В сходном деле суд квалифицировал как притворные и потому ничтожные договоры дарения и купли-продажи акций ЗАО по аналогичным причинам, указав дополнительно на то, что направленность воли ответчиков на возмездное отчуждение всех акций подтверждается также тем, что до их заключения продавец направлял уведомление истцу о намерении продать акции в количестве, равном общему количеству впоследствии подаренных и проданных им акций, но на заявление истца об использовании им своего преимущественного права ответчик не ответил.

3. Направивший извещение о намерении продать акции третьему лицу акционер не обязан заключить договор купли-продажи акций с другим акционером, заявившим об использовании преимущественного права приобретения акций.
Акционер ЗАО обратился в суд с иском к другому акционеру о понуждении последнего к заключению договора купли-продажи акций.
Истец полагал, что, поскольку ответчик направил извещение о намерении продать определенное количество акций третьему лицу, а истец выразил желание приобрести эти акции в порядке реализации своего преимущественного права, ответчик в соответствии с пунктом 3 статьи 7 Закона об АО обязан заключить договор на условиях, определенных в извещении; поскольку в данном случае обязанность заключить договор предусмотрена законом, допускается понуждение к заключению договора (пункт 1 статьи 421 ГК РФ).
Суд в удовлетворении иска отказал, указав следующее.
Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Из содержания статьи 7 Закона об АО не усматривается, что лицо, известившее ЗАО о намерении продать акции, обязано заключить договор купли-продажи с акционером, заявившим об использовании своего преимущественного права.
При таких обстоятельствах отсутствуют основания для понуждения ответчика к заключению договора с истцом.






(4136 Прочтено. Последнее обновление 2009-03-01)

См. все содержимое категории Доклады и тезисы к докладам на СНК и конференциях раздела Материалы.




Rambler's Top100



Ответственность за нарушение авторских прав на сайт и материалы


© Колосов Вадим, 2001-2011. Запрещается без предварительного согласия администратора Сайта: любое воспроизведение, распространение и копирование материалов сайта; установка прямых ссылок не на php-страницы, установка ссылок на php-страницы с искажением заголовка, производить иные действия, нарушающие авторские права. Контактный имэйл: admin@law-students.net.
Сайт поддерживает юрист Вадим Колосов.
Открытие страницы: 0.008 секунды. Запросов к БД: 10.